Формирование городской застройки Гродно во второй половине ХIХ – начале ХХ вв

Подробности

Опубликовано 09.01.2014 19:08

Автор: И. Фёдоров // Матэрыялы XVII міжнароднай навуковай канферэнцыі. – Гродна: ГрДУ, 2011. - С. 107-113

Во второй половине ХIХ в. происходили перемены в планировочной структуре и архитектурном облике города Гродно. Они были продиктованы целым рядом причин. Важнейшая из них заключалась во включении белорусских губерний в капиталистические отношения, которые активно стали развиваться после отмены крепостного права, в первую очередь в промышленности. Городское население постепенно утрачивало прежние экономические функции – мелкотоварного кустарного ремесла и лавочной торговли.

Все более заметным на улицах и площадях становился образ горожанина, облаченного в рабочую спецовку, торопливо следовавшего к фабричным окраинам. Эпоха промышленного производства не могла не отразиться на градостроительном развитии Гродно. К середине ХIХ в. в городе в основном была сформирована застройка центральной части, которая включала в себя кварталы, очерченные улицами Соборной (Советская), Садовой (прежде – Роскошь, Доминиканская, Муравьевская, современная – Э. Ожешко), Купеческой (К. Маркса), Софийской (Ленина) и ряда других. Формировалась сеть новых улиц и переулков, вызванных ростом городского населения. Определяющим направлением в городской застройке второй половины ХIХ в. явился рост объемов гражданского строительства. Расширение городской территории и, соответственно, застройки, шло преимущественно за счет жилого фонда. Увеличивалось количество зданий, предназначенных для жилья, причем со-
отношение каменных и деревянных в итоге кардинально изменилось. Если в начале века это составляло 1:11; то в конце – почти 6:1. Удельный вес сооружений, возведенных из кирпича, вырос почти в 15 раз.
Причин такого стремительного роста было несколько. Во-первых, строительная техника к этому времени уже базировалась на конструкциях из кирпича, цементно-известковых смесях и металле; во-вторых, в городе все больше возводилось зданий как общественного, так и промышленного назначения – исключительно каменные. В-третьих, учитывались последствия опустошительного пожара 1885 г., который практически уничтожил всю его деревянную застройку, заставляя в подавляющем большинстве случаев отказываться от легко-
воспламеняемых материалов. Этого же требовали нормы строительного устава, которыми руководствовались архитекторы и строители при возведении как жилых, так и нежилых сооружений. Меры противопожарной безопасности должны были строго соблюдаться как на стадии проектирования, так и непосредственного строительства зданий. В конце 80-х годов ХIХ века, как следует из документов, в Гродно производился планомерный снос «ветхих» построек, потенциально опасных с точки зрения их возгорания [1, оп. 2, д. 494]. Наконец, при возведении зданий предпочтение отдавалось, как правило, двух- и трех- этажным, на что в немалой степени влияла относительная доступность металлических конструкций –двухтавровых балок, швеллеров, которые доставлялись
железной дорогой из российских губерний.
Обращает на себя внимание тот факт, что за 87 лет в городе общее количество зданий увеличилось в 1,5 раза. Каменные сооружения значительно превосходили деревянные по объемам используемой площади. Панораму уличной зас-
тройки формировали 2-х и 3-х этажные дома из кирпича, а также многочисленые сооружения коммунального назначения, что не могло не отразиться на плотности застройки городских территорий. Об этом свидетельствует отчет Гродненского губернского строительного отделения, в котором сказано, что в 1894 г. в городе всего было 3671 строение, большая часть из которых относилась к нежилым, главным образом – котельным, складам и т.п.[1, оп. 2, д. 1290].
Однако не только нарастающие объемы застройки определяли перемены в развитии Гродно. Вторая половина века привнесла в процессы городского строительства совершенно новые явления.
Следует согласиться с мнением, высказанным Ю.Н. Кишиком на страницах своей монографии «Градостроительная культура Гродно», что узловым моментом в развитии города «навсегда определившим специфику его пространственно-планировочной структуры, стала прокладка железнодорожной линии Петербург – Варшава в 1862 г.» [4, с.180]. Железнодорожная магистраль в виде протяженной глубокой земляной выемки шириной до 80 м и глубиной до 20 м и
комплекс зданий вокзала на многие десятилетия воспрепятствовали дальнейшему развитию города в северо-восточном направлении.
Однако, размышляет упомянутый автор, «как нередко бывает, эти же самые обстоятельства получили и положительное значение. После прокладки железной дороги Гродно стал городом с фиксированными параметрами террито-
рии исторической части, с четкими природными и рукотворными границами» [4, с.181]. В любом случае, средневековая планировочная традиция в застройке
Гродно была окончательно разрушена. Во второй половине ХIХ в. необходимость в просторных площадях с располагавшимися на них архитектурными доминантами – соборами или дворцами (как правило, с парками) перестала быть востребованной. Город перестал нуждаться в замкнутых пространствах, образованных кварталами – комплексами монастырей Фарного (Иезуитского), Бригитского, Бернардинского, Доминиканского (разрушенного в 1874 г.) и других зданий храмов в исторической части, что было весьма характерно для его средневекового периода.
Общественные, а затем и жилые здания стали сооружаться вдоль улиц, формируя, во-первых, этажность общей застройки, во-вторых, ширину проезжей части. Кроме того, художественное решение фасадов всей застройки укладывалось, несмотря на относительное разнообразие, в формулу «унифицированный дизайн». Последнее было связано с требованиями, которые предъявлялись архитекторам относительно фасадного оформления. Губернским архитекторам регулярно рассылались из столицы т.н. «альбомы» типового оформления
фасадов зданий различного предназначения. Дело оставалось за малым – выбрать из альбома подходящий вариант фасада и согласовать его с заказчиком.
При этом последним чаще всего руководило стремление максимально сэкономить на строительстве. Автору неоднократно приходилось встречать в архивных
документах переписку архитекторов с заказчиками, в которой они прилагали усилия убедить будущих владельцев зданий заказать различные варианты решения фасадов. Компромисса удавалось достичь, как правило, относительно зданий, формирующих непосредственно уличную композицию. Что касается сооружений во внутренних пространствах кварталов, то внешне они выглядели
совершенно безликими. Важно подчеркнуть, что новые тенденции застройки Гродно заставляли в корне менять мировоззрение самих горожан. Столетиями их предки жили преимущественно в отдельных домах с обязательными подворьями, огородами и садами. Город тогда представлял собой, по сути дела, конгломерат самостоятельных жилищно-хозяйственных комплексов, а немногочисленные объекты, символизирующие общегородские начала жизни (храмы, дворцы, площади,
рынки) не нарушали психологии индивидуализма его жителей. Теперь все большее число горожан стали проживать не в домах в глубине собственных двориков, отделенных глухими заборами, а в квартирах, обращенными окнами и бал-
конами на улицу, и становились свидетелями того, как с каждым новым днем рождалась иная, непривычная жизнь.
В истории гражданского строительства в г. Гродно второй половины ХIХ – начала ХХ вв. можно выделить, на наш взгляд, два этапа, каждый из которых был наполнен важными изменениями архитектурного значения.
В рамках первого этапа (1850-е – 1890-е гг.) в Гродно, равно как и в других губернских центрах Беларуси, происходили значительные трансформации, связанные с планировкой и структурой городской среды. Город из сравнительно компактного в конце ХVIII – первой половины ХIХ вв. вырос в довольно сложный организм, где все более важную роль стали играть функциональные зоны –промышленная, торговая, транспортная, жилая.
Второй этап (1890-е – первые десятилетия ХХ в.) характеризовались тем, что в систему планирования застройки проникли идеи организации прямоугольной сетки кварталов, линейного развития центра в виде магистралей и параллельно-перпендикулярной разбивки новых улиц со скверами и небольшими площадями. При этом магистральная улица, которая соединяла исторический центр с возведенным в 1867 г. железнодорожным вокзалом (что в первую очередь характерно для Гродно) стала композиционной доминантой, главной транспортной артерией, средоточием общественно-административной жизни горожан. На Садовой улице концентрировались государственные, торгово-финансовые, коммерческие и культовые здания. Главная магистраль, помимо того, что превратилась в новый общественный центр Гродно, влияла на организацию объемно-пространственной композиции всего города, на развитие его уличной сети. Происходило расширение трактовки понятия городского центра, которое
было характерно для Гродно как в ХVIII, так и в первой половине ХIХ вв. Постепенно возросло значение тех улиц, которые были прилегающими к Садовой –
овременные, Социалистическая, Советская, Ленина. Привокзальная площадь с момента начала регулярного железнодорожного сообщения тотчас же стала
новой доминантой города. Заметной тенденцией во второй половине ХIХ в. стало развитие Занеманской части, а также застройки в юго-восточном и юго-западном направлении, где возникли новые улицы – Загородная, Южная и другие (т.н. «Новый Свет»).В 1870 г. городским архитектором Соловьевым был разработан проект нового плана застройки г. Гродно, который, однако, не был утвержден [1, оп. 2, д. 1290]. В 1882 г. был принят план развития города, но он также неоднократно подвергал-
ся корректировкам с целью модернизации. Этот план в определенной степени отражал новые тенденции в градостроительстве Российской империи. Законодательная власть в городах перешла к городским думам, а исполнительная – к городским управам. Эти решения во многом способствовали конкретизации архитектурной политики применительно к нуждам города, удовлетворению запросов его населения. В плане делались акценты на улучшение транспортной сетки, расширение санитарных («зеленых») зон, ликвидацию неосвоенных площадей («пустырей») между застраивающимися кварталами [1, оп. 2, д. 271]. К числу запланированных и частично осуществленных работ следует отнести расширение уличных проездов с 2 до 10 сажень в квартале, образованным Виленским переулком и дальнейшую его застройку вдоль склонов, образованных руслом р. Городничанки; ликвидацию ветхих деревянных построек вдоль изгиба речки «так как это стесняет домовладельцев, заинтересованных в каменном строительстве этого квартала» [1, лл.12,17]. Что касается земельных участков, образованных обоими береговыми склонами, то здесь предполагалось «в гигиенических целях очистить банку (надо полагать – песчаные наносы. –
И.Ф.) реки Городничанки для разведения растительности» с перспективой дальнейшего освоения этого перспективного района. Интересно заметить, что именно этот фрагмент городской территории до настоящего времени не получил своего достойного оформления. Подобного мнения придерживается Ю.Н. Кишик, который размышляет о тенденциях застройки города применительно к началу 70-х гг. ХХ в.: «В окрестностях Советской площади до наших дней сохранились фрагменты городской среды, которые являются конгломератами случайных строений и неиспользуемых участков. Совершенно незачем было в 1970-е годы создавать общегородской центр в километре от существующего ядра, если... в сот-
не метров от Советской площади на берегу Городничанки раскинулись немалые пустыри» [4, с. 255]. Насколько известно, разработан план возведения в этом
районе нового делового квартала – «Гродно Сити», который, возможно, ликвидирует эту многолетнюю проблему нерационального использования территории исторического центра. Согласно плану 1882 г. предполагалось расширить улицу Большая Троицкая, Гимназический, Полицейский переулки и ряд других в этой части города. К числу
первоочередных задач планировалось перекрыть мостом реку Городничанку, чтобы соответственно улучшить передвижение по улицам Софийской (Ленина) и Садовой, ликвидировать переулок, примыкавший к Садовой (участок между домом-
музеем Э. Ожешко и корпусом университета на улице Ленина) и придать Софийкой улице прямолинейный характер [1, оп. 2, д. 271]. Однако этим и ряду других задач не суждено было свершиться из-за случившегося 29 мая 1885 г. пожара в городе, который имел поистине катастрофические последствия и на долгое время заставивший архитекторов отложить задуманные планы. В октябре 1901 г. был разработан очередной новый проект, содержавший
корректировки плана 1882 г. Ряд изменений касался Занеманской части города («Занеманского форштадта»), которая в этот период активно осваивалась под
жилую застройку. Проект вносил новые требования по разбивке земельных участков под застройку и транспортное сообщение. Отныне площадь кварталов не должна была превышать 2500 кв. саженей, а под каждый жилой дом с хозяйственными постройками отводился участок в 500 кв. саженей, причем между участками обязательно должна быть территория шириной не менее 10 сажень «во избежание пожаров» [1, лл. 3, 5]. Решение плана о переносе торговой площади с Белостокской улицы (часть современной улицы Горновых) к линии железной дороги было признано нецелесообразным, так как «было много несчастных случаев из-за испуга крестьянских лошадей»[1, л. 5].
На Занеманской части планировалось заселение территорий вблизи железнодорожного моста и далее по берегу вниз по течению, Между жилыми кварталами задумано было разбить несколько скверов и декоративных садов (ныне – ул.
Поповича у места пересечения с ул. Советских Пограничников). Решено было также отказаться от указания плана 1882 г. построить в этом месте православную
церковь, так как «место нелюдное и вдобавок еще рядом находится еврейское кладбище» [1, л.14]. В целом, освоение территории на левобережье Немана шло поступательно, но медленно. В документе за 1901 г. о темпах строительства отмечалось, что в «Занеманском форштадте всего 60 кварталов, а каменных строений
нет практически... каменные постройки на окраине города не окупались, поэтому количество подобных построек следует снизить» [1, оп.1, д.1343, л.11].
Ежегодно в городе велись работы по благоустройству его улиц, площадей, скверов. Это подтверждается постановлениями городской думы. Так, в решении от 1899 г. указывается, что мещанину Станиславу Гурову отдавался подряд. Забота о санитарном и противопожарном состоянии городской территории нашла свое отражение во введении с сентября 1888 г. в «казенных» зданиях ото-
пления исключительно на каменном угле и отказе от печного отоплениях [1,л.7]. Надо полагать, что на принятие такого решения повлияли трагические по-
следствия пожара 1885 г.
Таким образом, во второй половине века развитие гражданской архитектуры Гродно была связано с все более возрастающим масштабом строительства и ремонта объектов общегородского назначения, которые придавали ему черты современного развивающегося города с новой функциональной и планировочной структурой.
Список литературы
1. Национальный исторический архив Беларуси в г. Гродно. – Фонд 8 «Гродненское губерн-
ское строительное отделение».
2. Архітэктура Беларусі: Энцыклапедычны даведнік. – Мінск: Беларуская энцыклапедыя імя
Петруся Броўкі, 1993. – 620 с.
3. Жихарев, С. Железнодорожное строительство в Гродненской губернии во второй полови-
не ХІХ в. / С. Жихарев // Шлях да ўзаемнасці: матэрыялы ХV міжнар. навук. канф., Гродна, 13–14
лістап. 2008 г. / рэдкал.: І. Крэнь, С. Мусіенка, І. Папоў, Я. Роўба. – Гродна, ГрДУ, 2009.
4. Кишик, Ю.Н. Градостроительная культура Гродно / Ю.Н. Кишик. – Минск: Научная книга, 2007. - 302 с.